Спустя три года после ухода легендарной ливанской певицы Наджа Салам (1931–2023) Бейрут вернул городу её образ и голос: имя «Голоса арабизма» отныне носит улица в самом сердце ливанской столицы. На торжественной церемонии вспоминали артистку, которая оставила след и в песне, и в кино, и чей голос полвека озвучивал чувства целых поколений арабов — от Суэцкого кризиса до военных лет Ливана.

◆  Наджа Салам: главное
Годы жизни: 1931–2023; родилась в Бейруте, творческий расцвет — 1950–1960-е
Почётный титул: «صوت العروبة» — «Голос арабизма»
Улица: между районами Мазраа и Рас-эн-Набаа в центре Бейрута — там прошло её детство
Знаковые песни: «Йа агля исм фи-ль-вуджуд» («О самое дорогое имя на свете»), «Ана ан-Нил макабарат аль-гузат» («Я — Нил, могила завоевателей»), «Сурия йа хабибти» («Сирия, любовь моя»)
Инициатор: Наама Бадауи, глава ливанского профсоюза актёров, — предложил назвать улицу ещё два года назад

Улица вместо аплодисментов

Инициатива, пробивавшаяся несколько лет, наконец осуществилась — в присутствии деятелей искусства и официальных лиц. Среди них был глава профсоюза ливанских актёров Наама Бадауи, который рассказал «Аль-Араби аль-Джадид», что подал предложение в муниципалитет Бейрута ещё два года назад.

По его словам, это признание обрадовало бы певицу, случись оно при жизни. Но главное сегодня — её имя осталось в городе: новые поколения будут узнавать о Наджа Салам просто проходя по улице и читая табличку с её именем.

Улица её детства

Улица между районами Мазраа и Рас-эн-Набаа — не случайная точка на карте: с ней связана память семьи о первых шагах артистки. Дочь певицы, Рим Сальман, рассказала, что именно здесь прошло детство её матери — до переезда семьи в район Аиша-Баккар, а затем в Каир, где и началась большая творческая биография, принесшая Наджа Салам титул «Голос арабизма».

Признание с опозданием

На церемонии присутствовала Сахар Баасири — супруга премьер-министра Ливана Навафа Саляма, представлявшая главу правительства. Она признала: чествование запоздало, но всё же состоялось. Наджа Салам дала Бейруту и Ливану очень многое — и оставила след в арабских странах, где жила, прежде всего в Египте.

Голос, вплетённый в историю

Для русскоязычного читателя поясним, почему её песни — часть общей арабской памяти. Голос Наджа Салам был привязан к большим политическим событиям. После тройственной агрессии против Египта — так в арабской историографии называют Суэцкий кризис 1956 года, когда против Египта выступили Британия, Франция и Израиль, — она спела «Йа агля исм фи-ль-вуджуд» («О самое дорогое имя на свете»).

Египту — стране, принявшей её после Бейрута, — посвящена и другая знаменитая работа: «Ана ан-Нил макабарат аль-гузат» («Я — Нил, могила завоевателей») на музыку Рияда ас-Сунбати — классика египетской композиции, написавшего, среди прочего, легендарные «Аль-Атляль» для Умм Кульсум.

Её палитра не знала границ: Сирии она подарила песню «Сурия йа хабибти» («Сирия, любовь моя»), пела для Алжира, для Ливана и для ливанского юга. Её голос откликался на события региона, на надежды народов и на их боль.

Наджа Салам не просто пела — она озвучивала эпоху: от Суэца до юга Ливана. И теперь Бейрут ответил ей тем, что умеет лучше всего, — памятью, вписанной в городскую карту. Улица её детства носит её имя: чтобы те, кто не застал её голос живьём, всё равно прошли мимо — и прочитали.

Читайте по теме